Чайная тема в китайской живописи на свитках эпох Тан, Сун и Мин: жанровые и сюжетно-композиционные особенности, иконографические схемы

В 2025 году в рамках официальных мероприятий «перекрестных» годов культуры России и Китая в Музеях Московского Кремля проходит выставка «Изысканная трапеза. История еды в Древнем Китае», на которой представлены предметы из коллекции Национального музея Китая. Один из ее разделов носит название «Аромат вина и очарование чая» и призван познакомить зрителя с чайной культурой Китая, где употребление чая насчитывает не одно тысячелетие. На выставке экспонируется чайная утварь разных периодов — от древних чайных чаш до керамических чайников и фарфоровых гайванейiТрадиционная посуда для заваривания чая, состоящая из чаши, крышки и блюдца. × , в то время как живопись, к сожалению, представлена слабо и не дает представления о развитии чайной культуры, хотя ее потенциал намного больше, чем может показаться.

Первые сведения о чае в китайских письменных источниках датируются концом эпохи Западная Хань (206 г. до н. э. – 8 г. н. э.). В этот период в Китае в регионах Шу и БаiТерритория современной провинции Сычуань. × появился обычай пить чай, вошли в обиход чайная посуда и принадлежности. Впоследствии традиция чаепития постепенно распространилась по Центральной равнинеiРайон среднего и нижнего течения реки Хуанхэ. × и достигла северных регионов Китая [1, с. 13–15].

Одно из самых ранних изображений чаепития в живописи на свитках можно встретить в произведении прославленного мастера Восточной Цзинь (317–420) Гу Кайчжи (348–409) «Человеколюбие и мудрость образцовых женщин» («Ле ню жэнь чжи ту», 列女仁智圖), которое дошло до нас в поздней сунской копии. Свиток иллюстрирует трактат ханьского литератора Лю Сяна (I в. до н. э.) «Жизнеописания образцовых женщин» («Ле ню чжуань», 列女傳). В шестой сцене под названием «Госпожа Лин [из царства] Вэй» («Вэй Лин фужэнь», 衛靈夫人) художник изображает правителя царства Вэй и его супругу, госпожу Лин, она держит в руках чашу чжань (盞) на специальном блюдце-подставке (точжань, 托盞). Такие чаши в древности использовали для чаепития, а подставка позволяла не обжечь пальцы. Похожая чаша чжань периода Западной Цзинь (265–317) была представлена на выставке в Музеях Кремля.

К живописи на чайную тему обращались специалисты материкового Китая и Тайваня — Ху Дань [2], Линь Цзиньчжун [3], Чэнь Хуэйюань [4], Лоу Минли [5], Ши Тоцюань [6], Вэнь Чжунлян [7] и многие другие. Несмотря на это, данная тема пока не нашла достаточно полного отражения в искусствознании. Большая часть исследований представлена статьями, затрагивающими самые разные аспекты, некоторые из них охватывают живопись всех исторических периодов, в то время как в других анализируется несколько наиболее репрезентативных произведений одной эпохи, творчество отдельной живописной школы или мастера, имеются и статьи, посвященные наиболее известным работам живописцев. Единственным объемным трудом на сегодняшний день является составленный Цю Цзипином каталог «Чайная живопись Китая» (2014) [8], в который вошло несколько сотен произведений, связанных с чаем, — свитки, альбомные листы, веера и росписи захоронений. Материалы каталога могут стать основой для дальнейших исследований. В отечественном искусствознании, к сожалению, данная тема до настоящего времени практически не разрабатывалась.

Новизна исследования заключается в том, что в нем впервые рассматривается живопись наиболее значимых для чайной культуры Китая эпох Тан (618–907), Сун (960–1279) и Мин (1368–1644), выявляются особенности ее художественного стиля и взаимосвязь с чайной традицией. Цель статьи — проанализировать, как изменения в чайной культуре данных эпох отражались в живописи на свитках, выявить жанровые и сюжетно-композиционные особенности и иконографические схемы воплощения чайной темы. Методология основывается на принципах комплексного подхода, в работе используются сравнительно-исторический и иконографический методы.

Материалом для исследования послужили живописные свитки из собраний Музея императорского дворца в Тайбэе, Музея Гугун в Пекине, Шанхайского музея и других крупных музеев Китая и США. Всего было отобрано двадцать наиболее репрезентативных произведений эпох Тан, Сун и Мин, содержащих сцены приготовления и употребления чая. Чайная тема во многих из них является ведущей, что отразилось в названиях. Почти все свитки принадлежат кисти известных китайских живописцев, неоднократно публиковались, экспонировались и обладают высокой художественной ценностью. Поскольку круг произведений эпохи Тан ограничен, некоторые свитки этого периода представлены более поздними копиями и работами анонимных авторов. Выбранные произведения сопоставлялись на предмет сходства, отличий и особенностей по следующим параметрам: жанр, сюжет, композиция и техника письма.

Тема чая в живописи эпохи Тан

Традиция приготовления и употребления чая в эпоху Тан подробно описана поэтом и литератором Лу Юем (733–804) в трактате «Чайный канон» («Ча цзин», 茶經, 780)iТрактат переведен на русский язык в 2007 году. См.: Дрейзис Ю.А., Габуев А.Т. Лу Юй. Канон чая. М.: Гуманитарий, 2007. 123 с. × . В те времена в Китае пили прессованный чай, который калили на огне, растирали в порошок и варили в котле. В процессе варки в чай могли добавлять соль, различные злаки, плоды и даже специи, готовый напиток разливали из котла по чашам и пили горячим.

По немногочисленным сохранившимся до наших дней произведениям профессиональных художников или их поздним копиям можно составить представление о том, как варили и пили чай жители империи Тан. Сцены чаепития встречаются в работах в жанре «изображения людей» (жэньу, 人物). На свитке неизвестного автора «Музицирование во дворце» («Гун юэ ту», 宮樂圖) нарядно одетые придворные дамы играют на музыкальных инструментах и пьют чай. Посреди большого стола стоит котел, одна из женщин черпаком на длинной ручке разливает чайный напиток по чашам. На столе расставлены подставки для чаш в форме цветка. На горизонтальном свитке знаменитого танского мастера Чжоу Фана (VIII в.) «Настраивающая цинь и пьющая чай» («Тяо цинь чо мин ту», 調琴啜茗圖) изображены знатные дамы и их служанки. Расположившаяся на камне дама настраивает циньiЦинь (琴) — китайский струнный музыкальный инструмент. × , справа от нее другая внимательно слушает и пьет из чаши, рядом с третьей дамой стоит служанка с чайной чашей в руках. Художник умело чередует сидящие и стоящие в разных поворотах женские фигуры, задавая определенный ритм живописной композиции.

Неизвестный автор. Музицирование во дворце. Шелк, тушь, краски. 48,7 × 69,5. Музей императорского дворца, Тайбэй. Источник: digitalarchive.npm.gov.tw

Чжоу Фан. Настраивающая цинь и пьющая чай. Копия XII в. Шелк, тушь, краски. 27,94 × 75,25. Художественный музей Нельсона-Аткинса, Канзас. Источник: art.nelson-atkins.org

На сунских копиях свитка известного придворного мастера Янь Либэня (600?–673) «Сяо И завладевает Орхидеевой беседкой» («Сяо И чжуань Лань тин ту», 蕭翼賺蘭亭圖)iКопии свитка Янь Либэня находятся в собраниях Музея провинции Ляонин и Музея императорского дворца в Тайбэе. Свиток иллюстрирует историю о том, как цензор Сяо И по просьбе танского императора Тайцзуна (599–649) обманным путем заполучил знаменитое произведение каллиграфа Ван Сичжи (303–361) «Предисловие к Орхидеевой беседке» («Лан тин сюй», 蘭亭序). × показана варка чая. За спиной восседающего в деревянном кресле престарелого монаха склонившись хлопочет прислуга: пожилой слуга варит чай в котле на печке, а молодой держит наготове чашу на подставке. На низком столике расставлена разнообразная чайная утварь и посуда.

Тема чая в живописи эпохи Сун

В эпоху Сун в Китае по-прежнему употребляют прессованный чай, однако его уже не варят в котле и не добавляют соль и прочие ингредиенты. Чайный порошок заваривают кипятком в чаше и размешивают специальным бамбуковым венчиком, взбивая плотную пену. При изготовлении прессованного чая из сырья отжимают сок, поэтому чайный напиток получается бледным, а пена имеет белый цвет. Чтобы ее оттенить, используют керамические чаши, покрытые черной глазурью [9, p. 54]. Большую популярность в те времена приобретают состязания по завариванию чая (доу ча, 鬥茶); в них побеждает тот, кому удается взбить самую густую пену, которая долго оседает. Состязания получают широкое распространение не только среди аристократов, вельмож и чиновников, но и среди простого народа. Чаем увлечены многие известные интеллектуалы, поэты и каллиграфы того времени: Су Ши (1037–1101), Хуан Тинцзянь (1045–1105), Ми Фу (1051–1107), Цай Сян (1012–1067), император Северной Сун Хуэйцзун (1082–1135). Последние два являются авторами трудов о чае: Цай Сян написал трактат «Записи о чае» («Ча лу», 茶錄), а Хуэйцзун — «Рассуждения о чае [годов] Дагуань» («Дагуань ча лунь», 大觀茶論)iТрактаты переведены на русский язык в 2021 году. См.: Трактаты о чае эпох Тан и Сун / пер. с кит. и комм. Ю.А. Дрейзис. Москва: Шанс, 2021. 271 с. × .

Специалист по искусству Китая Макс Лер (1903–1988), размышляя о китайской живописи, называет сунский период «высшей фазой подлинного репрезентативного искусства» и отмечает, что «объективность и показное подавление темперамента и личных чувств (живописца. — Прим. П. О.) придает некоторым сунским картинам почти научный характер» [10, p. 192]. И действительно, картины художников того времени беспристрастно, в мельчайших подробностях фиксируют различные этапы чайного действа. Сцены приготовления чая и чайных состязаний встречаются в работах придворного мастера Южной Сун (1127–1279) Лю Сунняня (кон. XII – нач. XIII в.). На свитке «Размалывание чая» («Нянь ча ту», 攆茶圖) слуга с помощью ручной мельницы растирает чай, в то время как другой слуга занят завариванием, в руках он держит чашу и специальный кувшин с носиком, из которого подливает воду. На столе лежит бамбуковый венчик, стоят составленные в стопку чаши, подставки для чаш, коробочки с чаем и прочие принадлежности. Рядом со столом на печке в котле под крышкой греется вода. Чай предназначается буддийскому монаху и двум интеллектуалам, сидящим неподалеку. На другом свитке под названием «Чайные состязания» («Доу ча ту», 鬥茶圖) художник изображает четырех мужей на природе. На стоящих рядом с ними плетеных столиках и этажерках разложена разнообразная чайная посуда. Двое мужей уже приготовили чай и держат чаши в руках, еще один занят завариванием, он подливает в свою чашу воду, в то время как его сосед машет веером, нагнетая воздух в печь. Веер издревле использовали для поддержания ровного горения огня. Считалось, что вскипяченная таким образом вода благотворно влияет на вкус чая [2, p. 153].

Лю Суннянь. Размалывание чая. Шелк, тушь, краски. 44,2 × 61,9. Музей императорского дворца, Тайбэй. Источник: digitalarchive.npm.gov.tw

Лю Суннянь. Чайные состязания. Шелк, тушь, краски. 57 × 60,3. Музей императорского дворца, Тайбэй. Источник: digitalarchive.npm.gov.tw

Также кисти мастера принадлежит альбомный лист «Состязания и торговля в чайном саду» («Мин юань ду ши», 茗園賭市)iДанный лист вместе с другими произведениями мастеров сунской эпохи входит в альбом «Собранные подлинники из сада искусства» («И юань цан чжэнь», 藝苑藏真). Есть основания полагать, что он является частью какого-то свитка. × , на котором он передает живую атмосферу этого места. На этот раз художник изображает чайные состязания среди людей из низших сословий. В правой части листа стоит компания соревнующихся, один из них заваривает чай, другой пьет из чаши, третий наслаждается послевкусием, а четвертый уже насытился и рукавом вытирает рот. Торговец и прохожие смотрят на них с неподдельным интересом. Лю Суннянь вновь в мельчайших подробностях изображает чайную утварь и посуду, на лотке торговца даже можно разобрать надпись — «Чай Цзян высшего сорта» (шан дэн цзян ча, 上等江茶)iЧай Цзян — листовой чай, который в эпоху Сун выращивали в бассейне реки Янцзы, является прародителем современного рассыпного чая. См.: 王镜轮. 唐宋的品茶方式. 紫禁城, 2015年第10期, 88 [Ван Цзинлунь. Способы питья чая в эпохи Тан и Сун // Цзыцзиньчэн. 2015. № 10. С. 88]. × .

Сцены приготовления и употребления чая можно увидеть и в произведениях других художников той эпохи. На свитке «Собрание литераторов» («Вэнь хуэй ту», 文會圖), который приписывают кисти императора Хуэйцзуна, изображено коллективное чаепитие. Под открытым небом за большим столом собрались ученые мужи, их трапеза в самом разгаре; восседая на плетеных табуретах, они беседуют и вкушают чай. На некотором отдалении от них суетятся слуги. Автор помещает их на передний план, словно желает продемонстрировать зрителю процесс заваривания чая и разнообразную утварь. В работах южносунского мастера Чжоу Цзичана (XII в.) «Готовка чая» и «Чаепитие» из серии «Пятьсот архатов» («Убай лохань ту», 五百羅漢圖) чай пьют пожилые архатыiВ буддизме архаты — это люди, достигшие высшего духовного развития, полностью свободные от несовершенств человеческой природы, они олицетворяют идею личного усилия в достижении цели. В китайской традиции выступают в составе групп. Наиболее распространены группы, состоящие из 16, 18 и пятисот архатов, которые упоминаются в различных священных текстах. × , а вот размалывание чая и поддержание огня в печи на одном из свитков поручено демонам, которые также изображены на первом плане.

Лю Суннянь. Состязания и торговля в чайном саду. Шелк, тушь, краски. 27,2 × 25,7. Музей императорского дворца, Тайбэй. Источник: digitalarchive.npm.gov.tw

Итак, чайная культура в эпоху Сун охватила широкие слои населения. Если на свитках танской эпохи мастера изображали за чаепитием преимущественно знатных дам, то теперь чай пьют ученые мужи, чиновники, буддийские монахи, архаты и простолюдины. Сунские художники во многом продолжают начинания своих предшественников, в технике «прилежной кисти» (гунби, 工筆)iПодробная манера письма с использованием красок, уделяющая большое внимание внешнему сходству. × они очень обстоятельно изображают все тонкости чайного действа. Много внимания уделяется не только приготовлению и употреблению чая, но и всевозможной утвари, которую используют в процессе. В трактате «Иллюстрированное славословие чайной утвари» («Ча цзю ту цзань», 茶具圖贊, 1269) описано двенадцать видов различных принадлежностей — от коробов и корзин до чайных чаш и кувшинов для кипятка [11, p. 97], многие из которых можно увидеть в работах сунских художников. Причем мастера не только рисуют различные чайные предметы и посуду, но и скрупулезно отображают их конструктивные особенности и элементы декора. Например, на свитке Хуэйцзуна «Восемнадцать ученых» («Шиба сюэши ту», 十八學士圖) слуга разливает чай в чаши, покрытые темной глазурью «заячья шерсть» (ту хао, 兔毫)iОбразованные текучей глазурью желто-коричневые нитевидные полосы напоминают шерсть зайца. × , которые упоминает в «Записях о чае» Цай СянiТрактаты о чае эпох Тан и Сун / пер. с кит. и комм. Ю.А. Дрейзис. М.: Шанс, 2021. С. 192. × . Благодаря такой наблюдательности сунских живописцев их произведения могут стать подспорьем для изучения чайной культуры того времени. При этом и танские, и сунские мастера в своих работах условно изображают пространственную среду, в которой происходит приготовление и употребление чая. Изображения людей, мебели и чайной утвари нередко располагаются на свободном фоне. На то, что действия происходят на открытом воздухе, указывают камни, усыпанные цветами кусты и деревья, похожие скорее на театральные декорации, чем на природное окружение.

После падения империи Сун Китай оказался под властью монголов, провозгласивших создание нового государства Юань (1271–1368). Правление чужеземной династии продлилось чуть менее столетия. Чайная культура юаньского времени унаследовала обычаи и традиции предыдущих эпох, а живопись на тему чая представлена единичными произведениями, поэтому перейдем к рассмотрению следующего периода.

Тема чая в живописи эпохи Мин

В эпоху Мин способ приготовления чая претерпевает существенные изменения. Дорогой в производстве прессованный чай в сунскую эпоху пили преимущественно высшие слои населения, в то время как в народе пользовался популярностью более дешевый рассыпной чай (сань ча, 散茶). Чжу Юаньчжан (1328–1398), первый император государства Мин, в 1391 году постановил, что чай для подношений ко двору (гун ча, 貢茶) должен быть рассыпным. Решение Чжу Юаньчжана объясняют стремлением сократить затраты на изготовление чая и облегчить бремя крестьянских хозяйств, обязанных ежегодно поставлять чай во дворец [12, p. 37–38, 40]. Первый император происходил из крестьянской семьи, возможно, в этом и кроется причина его чайной реформы. Таким образом, рассыпной чай в эпоху Мин окончательно вытеснил прессованный.

Подобный ритуалу, замысловатый сунский способ приготовления чая уходит в прошлое, чаепитие минского времени подразумевает больше простоты и свободы, практикуются разные способы заваривания. Согласно сведениям из трактата «Исследование чая» («Ча као», 茶考) Чэнь Ши (XVI в.), в ХанчжоуiГород на юго-востоке Китая, бывшая столица Южной Сун, сейчас административный центр провинции Чжэцзян. × было принято заваривать чайный лист в чашке, в то время как в СучжоуiГород в восточном Китае в провинции Цзянсу, расположен в устье реки Янцзы, к востоку от озера Тайху. × и его окрестностях получила распространение варка чая в чайнике. Чай сначала подсушивали, а потом заливали водой и варили до тех пор, пока пузырьки воздуха, «глаза краба», не начинали подниматься со дна струйкамиi陳師. 茶考 / 中國哲學書電子化計劃 [Чэнь Ши. Исследование чая // Электронная библиотека текстов на китайском языке. URL: https://ctext.org/wiki.pl?if=gb&chapter=920440 (дата обращения: 04.07.2025). (На кит. яз.) × .

Постепенно чайник превращается в самый главный сосуд в чаепитии, в нем вода соединяется с чайным листом, рождаются вкус и аромат чая. Появляются первые заварочные чайники, а размеры чайной утвари уменьшаются. «Чайнику полагается быть маленьким, не подобает быть слишком большим, [если чайник] маленький, то аромат благоухает, [если] большой, то легко рассеивается. [Чайник объемом,] приблизительно достигающим полшэнаiШэн — мера объема, в эпоху Мин соответствовала 1 л. × , будет наиболее подходящим», — заявляет автор одного из трактатов [13, p. 41]. Получают распространение фарфоровые чайники из ЦзиндэчжэняiГород в провинции Цзянси, крупнейший центр производства фарфора в Китае. × , селадоновые из ЛунцюаняiГород в провинции Чжэцзян, центр производства селадонов в Китае. × и чайники из исинскойiИсин — уезд в провинции Цзянсу, находится на западном берегу озера Тайху. × глины, последним очень скоро начинают отдавать предпочтение из-за выдающихся свойств этого материала. Вэнь Чжэньхэн (1585–1645), литератор и художник, автор знаменитого «Трактата о вещах излишних» («Чжан у чжи», 長物志, 1621), писал об их преимуществах: «Заварочные чайники из глины являются наилучшими, потому что [в них] не утрачивается аромат и нет привкуса перестоявшего [чая]»iЗдесь и далее перевод автора. × [14, с. 52]. Для их изготовления берут пурпурную глину (цзыша, 紫砂), встречающуюся в горах Исина. Считается, что первый исинский чайник был сделан неизвестным монахом монастыря Цзиньшаньсы. Он вылепил из тонкой глины круглое тулово чайника, присоединил носик, ручку, сделал крышку и обжег в печи. Особую ценность чайники из Исина обрели в конце минской эпохи, цена на лучшие образцы была такой же, как на золото и нефрит [9, p. 84].

Чай становится одним из любимых увлечений интеллектуалов минского времени и конкурирует с вином, с древних времен занимавшим особое место в китайской культуре. Теперь в чае важны не цвет, не пена, а естественный вкус и аромат. Вэнь Чжэньхэн, рассуждая о вкусовых предпочтениях разных периодов, пишет следующее: «В нашу эпоху опять ценится иное. Способ приготовления и питья [чая] также отличается [от того, которого придерживались] предшествующие поколения, [он] стал простым и необычным, преисполненным природным очарованием, можно сказать, полностью раскрывает подлинный вкус чая»i文震亨. 長物志 / 中國哲學書電子化計劃 [Вэнь Чжэньхэн. Трактат о вещах излишних // Электронная библиотека текстов на китайском языке. URL: https://ctext.org/wiki.pl?if=gb&chapter=267156 (дата обращения: 11.07.2025). (На кит. яз.) × .

Чай может погружать человека в состояние самосозерцания или, напротив, обеспечивать небывалый прилив сил, помогает сохранять бодрость при чтении книг и занятиях «четырьмя искусствами» (сы и, 四藝): музицировании на цине, игре в облавные шашкиiОблавные шашки (вэйци, 圍棋) — традиционная китайская стратегическая настольная игра. × , каллиграфии и живописи. Но самое главное — чай соответствует духу и этическим идеалам китайских интеллектуалов. Известный политический деятель и литератор минского времени Лу Шушэн (1509–1605) в трактате «Записки из чайного павильона» («Ча ляо цзи», 茶寮記) отмечает: «Заваривание чая не допускает распущенности, необходимо, чтобы моральные качества человека и чай соответствовали друг другу, поэтому его принципы в основном получили распространение среди выдающихся, удалившихся от дел людей, [чью] душу бередят прекрасные виды гор, источников и скал» [13, p. 36].

В среде китайских интеллектуалов минской эпохи чаепитие превращается в способ приятного времяпровождения, становится средством общения, чаем привечают пришедших с визитом гостей. Теперь его предпочитают пить в небольшой компании, уединенно, в узком кругу. «В чаепитии ценится, [когда] гостей мало, [когда] гостей много, то шумно, [а если] шумно, то очарования будет недоставать», — пишет автор «Записей о чае» («Ча лу», 茶錄, 1595) Чжан Юань (?–?) [15, p. 50].

Неотъемлемой частью горной усадьбы ученого мужа становится чайная хижина (ча лу, 茶廬), предназначенная для чаепитий, включающая в себя комнату, где принимают посетителей, и хозяйственное помещение, в котором держат емкости с водой и готовят чай. Во дворе чайной хижины обычно сажают сосны, бамбук, платаны [13, p. 39]. О необходимости чайной хижины пишет Вэнь Чжэньхэн: «Построить комнатушку, примыкающую к горному кабинету, внутри расставить чайную утварь и посуду, обучить отрока специально исполнять повинность [по завариванию] чая, чтобы обеспечить [возможность вести] долгими днями чистые беседыiЧистые беседы (цин тань, 清談) — свободные ученые дискуссии, не связанные с окружающей действительностью. × [и] просиживать холодные ночи — это главнейшая обязанность отшельника, [которой] никак нельзя пренебрегать» [13, p. 36].

Чаепития также устраивают на лоне природы, где общаются и наслаждаются чаем в компании друзей и знакомых. Считалось, что заваривать его лучше всего водой из чистых горных источников, поэтому ученые мужи предпринимают поездки в горы и распивают чай в живописных местах на открытом воздухе. Таким образом, чай становится способом единения с природой, мостом, соединяющим мир культуры с миром природы.

Изменения, произошедшие в чайной культуре начиная с Тан и заканчивая Мин, очень точно резюмирует китайский исследователь Чжэн Пэйкай: «…В эпохи Тан и Сун в чаепитии особое внимание уделяется церемонии, через замысловатый процесс и изысканную чайную утварь обретается слаженность и гармоничность умонастроения, через ритуал постигается сущность чайного пути-дао. В эпоху Мин в чайном пути-дао делается акцент на естественности, сложный ритуал упрощается, уменьшается количество утвари, следуя характеру и настроению человека, пьющего чай, в радостях художественного творчества обретается постижение прекрасных моментов человеческой жизни» [16, p. 14].

До наших дней дошло немало живописных произведений на чайную тему минского периода, это работы художников-любителей, представителей направления живописи интеллектуалов (вэньжэньхуа, 文人畫)iВедущее направление традиционной китайской живописи, представители которого, художники-интеллектуалы, подчеркивали свой дилетантизм и свободу выражения. Теоретическая база этого направления заложена Су Ши (1037–1101), указавшим на различия между профессиональными художниками и любителями, в дальнейшем разрабатывалась Дун Цичаном (1555–1636), который и предложил термин вэньжэньхуа (букв. «живопись образованных/культурных людей»). × . Больше всего произведений встречается в творчестве художников региона ЦзяннаньiРайон к югу от нижнего течения реки Янцзы. × , в особенности Сучжоу и его окрестностей. Чай из этих мест когда-то упоминал в своем трактате Лу ЮйiТрактаты о чае эпох Тан и Сун / пер. с кит. и комм. Ю.А. Дрейзис. М.: Шанс, 2021. С. 139. × . В минскую эпоху были известны сразу два местных сорта чая — Хуцю (虎丘茶)iЧай получил название в честь монастыря Хуцюсы, при котором выращивался. × и Тяньчи (天池茶)iЧай получил название по имени горы Тяньчишань в окрестностях Сучжоу. × . Если посмотреть на карту, то несложно заметить, что на противоположном от Сучжоу западном берегу озера Тайху находится Исин, издревле славившийся своим ЯнсяньскимiЯнсянь — старое название Исина, первые упоминания о Янсяньском чае датируются эпохой Тан. × чаем, также неподалеку располагается Ханчжоу, родина известного чая Лунцзин (龍井, букв. «колодец дракона»), который приобретает популярность в то время.

Художник Ван Вэнь (1497–1576), уроженец Сучжоу, в технике «контурного рисунка» (баймяо, 白描)iПрием письма тонкой контурной тушевой линией, которая является главным средством выразительности. Линия передает очертания и выражает основные свойства формы предмета. × изобразил новый способ приготовления чая на свитке «Варка чая» («Чжу ча ту», 煮茶圖, 1558). Восседающий на циновке ученый муж с кистью в руках просматривает свиток, в то время как его товарищ поправляет угли в бамбуковой печкеiБамбуковая печь (чжу лу, 竹爐) имеет внешний корпус, сплетенный из бамбука, и внутреннюю топку из огнеупорных материалов. × , на которой стоит чайник с необычной фигурной ручкой. Примечательно, что похожий чайник был найден в 1965 году в захоронении евнуха У Цзина на территории современного НанкинаiПервая столица государства Мин, сейчас административный центр провинции Цзянсу. × , он выполнен из пурпурной глины и датируется 1533 годом.

Ван Вэнь. Варка чая. Фрагмент. 1558. Бумага, тушь. 29,5 × 383,1. Музей императорского дворца, Тайбэй. Источник: digitalarchive.npm.gov.tw

Чайник из захоронения У Цзина. 1533. Керамика. 18 см. Музей Нанкина, Нанкин. Источник: njmuseumadmin.com

Работа Ван Вэня с ее подробностью и вниманием к деталям, отсылает к живописи сунских мастеров, но всё-таки не является типичной для минского времени. Новые тенденции живописи на чайную тему проявляются на горизонтальном свитке «Лу Юй за варкой чая» («Лу Юй пэн ча ту», 陸羽烹茶圖) мастера Чжао Юаня (XIV в.), который жил и работал в Сучжоу на рубеже эпох Юань и Мин. В отличие от художников предыдущих поколений, Чжао Юань пишет свиток в жанре пейзажа (шаньшуй, 山水), который начиная с сунской эпохи становится ведущим в китайской живописи. В технике «лапидарной кисти» (цзяньби, 簡筆)iМанера письма, основанная на обобщении, стремлении к емкости и лаконизму. × он изображает долину реки, окаймленную горами, на ее правом берегу среди деревьев и скал затерялась простая, крытая соломой хижина. В глубине хижины виднеется фигурка сидящего на низком топчане Лу Юя, рядом мальчик-слуга в котле варит чай. Выполненная автором в правом верхнем углу надпись-тема раскрывает содержание изображения. Созданную Чжао Юанем модель свитка на тему чаепития, включающую в себя такие элементы, как горы, река, уединенная хижина, деревья, ученый муж, чайник, печь, слуга, как мы убедимся ниже, возьмут на вооружение последующие поколения художников минской эпохи.

Чжао Юань. Лу Юй за варкой чая. Бумага, тушь, краски. 27 × 78. Музей императорского дворца, Тайбэй. Источник: digitalarchive.npm.gov.tw

Наибольшее развитие чайная тема получает в произведениях мастеров Умэньской школы (Умэнь хуапай, 吳門畫派)iУмэнь — старое название Сучжоу. × , живших и работавших в Сучжоу и развивавших традиции живописи эпох Сун и Юань. Один из наиболее ярких ее представителей, известный художник, каллиграф и поэт Вэнь Чжэнмин (1470–1559), был страстным любителем чая. В своих стихах он признавался: «Я в жизни не пил вина, но легко от чая пьянею» [15, p. 47]. Вэнь Чжэнмин посвятил чаю немало произведений, за долгие девяносто лет жизни он написал 190 чайных стихотворений (ча ши, 茶詩), но в историю чайной культуры вошел благодаря живописи [6, p. 177, 186]. В чае художник находил утешение в периоды трудностей и печали, чай был для него способом поддержания отношений с друзьями [6, p. 178, 181].

На свитке «Дегустация чая» («Пинь ча ту», 品茶圖, 1531) Вэнь Чжэнмин так же, как и Чжао Юань, пишет пейзаж «лапидарной кистью», но выбирает вертикальный формат. На берегу ручья под деревьями приютилась небольшая чайная хижина с соломенной крышей, двери в комнату открыты, там за столом сидят два ученых мужа, они ведут неторопливую беседу и вкушают чай. На столе стоит глиняный чайник с боковой ручкой и две фарфоровые чашки. За стеной, в соседней комнате, греется вода, слуга присел и ворошит угли в печке. Еще один гость уже на подходе, он пересекает по мостику ручей. Художник дополняет пейзаж короткой подписью и четверостишием на чайную тему:

В глубине зеленеющих гор, вдали от суетного мира,
Со всех сторон окна хижины распахнуты на воду.
Хлебные дождиiХлебные дожди (гу юй, 穀雨) — последний весенний сезон китайского сельскохозяйственного календаря, на этот период приходится окончание основных сборов зеленого чая. × вот-вот минули, делу чая во благо,
Вода в котле начинает кипеть, и друг приходит.

Вэнь Чжэнмин. Дегустация чая. 1531. Бумага, тушь, краски. 88,3 × 25,2. Музей императорского дворца, Тайбэй. Источник: digitalarchive.npm.gov.tw

На другом свитке «Десять славословий чайной утвари» («Ча цзюй ши юн ту», 茶具十詠圖, 1534) Вэнь Чжэнмин в стихах воспевает всё, что связано с чаем, начиная с чайных плантаций и заканчивая чайной чашейiПо мнению тайваньского исследователя Ши Тоцюаня, Вэнь Чжэнмин подражает произведению танского поэта Лу Гуймэна (?–?) «Почтительно вторю Симэю [стихами] “Десять славословий чайной утвари”» («Фэнхэ Симэй “Ча цзюй ши юн”», 奉和襲美茶具十詠). См.: [6, p. 183]. × . Под славословиями в нижней части свитка он вновь изображает горный пейзаж — на горизонте темнеют силуэты гор, за плетеной изгородью под сенью сосен и платанов расположилась уединенная хижина, в ней на циновке сидит ученый муж, глаза его полуприкрыты, он задумчиво смотрит вдаль, перед ним стоит чайник и чайная чаша, в соседней комнате мальчик-слуга раздувает огонь в печке.

Среди работ Вэнь Чжэнмина на чайную тему есть и такие, где он не прибегает к готовым композиционным схемам. На свитке «Чайное собрание на горе Хуэйшань» («Хуэйшань ча хуэй ту», 惠山茶會圖) из коллекции Музея Гугун художник изображает чаепитие на природе. Гора ХуэйшаньiГора в окрестностях г. Уси провинции Цзянсу. × в прошлом была одним из популярных мест отдыха китайских интеллектуалов. На ней находится второй источник ПоднебеснойiВторым в Поднебесной источник на горе Хуэйшань был назван в трактате Чжан Юсиня «Записки о воде для варки чая» («Цзянь ча шуй цзи», 煎茶水記, 825): относительно первого источника Поднебесной единой точки зрения не существует. См.: [1, с. 66–68; 9, с. 64–66, 70]. × , ходили легенды, что воду из него когда-то пробовал сам Лу Юй. Вэнь Чжэнмин запечатлел поездку, которая состоялась в один из дней 1518 года. Мы видим ученых мужей на лоне природы, двое из них прогуливаются среди сосен, другие сидят в беседке у источника, еще один наблюдает за приготовлением чая, которым заняты слуги. На печке в чайнике греется вода, на столиках расставлена чайная утварь и посуда. Цветовое решение свитка довольно необычное, он написан в стиле сине-зеленого пейзажа (цинлюй шаньшуй, 青綠山水)iСтилистическое направление в пейзаже, возникшее в эпоху Тан в рамках живописи «прилежной кисти», предполагает использование плотных синих и зеленых минеральных красок. × и отсылает к живописи прошлых эпох, однако краски не такие плотные и насыщенные. Яркая, звонкая палитра придает событию праздничное настроение, передает атмосферу приятного предвкушения предстоящего чаепития. Это не единственная работа Вэнь Чжэнмина, посвященная поездке на гору Хуэйшань, другой свиток с таким же названием находится в собрании Шанхайского музея. Среди прочих произведений художника на чайную тему известны свитки «Чайные дела» («Ча ши ту», 茶事圖), «Варка чая [под сенью] высоких деревьев» («Цзяо линь чжу ча ту», 喬林煮茗圖), «Заваривание чая в лесном павильоне» («Линь се цзянь ча ту», 林榭煎茶圖), «Кабинет подлинного наслаждения» («Чжэнь шан чжай ту», 真賞齋圖), «Павильон тенистой зелени» («Ин цуй сюань ту», 影翠軒圖). На последних двух изображены сцены чаепития в усадьбах его близких друзей: Кабинет подлинного наслаждения принадлежал известному в Цзяннани коллекционеру Хуа Ся (?–?), а хозяином Павильона тенистой зелени был приятель Вэн Чжэнмина, У И (1574–?).

Вэнь Чжэнмин. Чайное собрание на горе Хуэйшань. 1518. Бумага, тушь, краски. 21,9 × 67. Музей Гугун, Пекин. Источник: dpm.org.cn

Работы на чайную тему встречаются в творчестве многих других художников Умэньской школы. На одном из листов альбома «Восточная усадьба» («Дун чжуань ту цэ», 東莊圖冊) старейшего мастера школы Шэнь Чжоу (1427–1509) можно увидеть внутреннее убранство кабинета интеллектуала. Весь стол заставлен чайной посудой, рядом со столом стоит внушительная печь. Сам ученый муж расположился на топчане и любуется открывающимся видом. В этом альбоме художник изобразил поместье своего учителя, знаменитого поэта и каллиграфа У Куаня (1435–1504). Известно также, что Шэнь Чжоу водил дружбу с чайным энтузиастом Шэнь Циншу (?–?) и даже написал послесловие к его трактату «Другие рассуждения о чае Цзе»iЧай высшего сорта, произраставший в уезде Чансин провинции Чжэцзян. × («Цзе ча бе лунь», 岕茶別論) [15, p. 53].

Друг и ровесник Вэнь Чжэнмина, художник, поэт и каллиграф Тан Инь (1470–1524), тоже был неравнодушен к чаю. На горизонтальном свитке «Приготовление чая» («Ши мин ту», 事茗圖) он обыгрывает знакомую модель — в горном ущелье расположилась крытая соломой хижина, гость уже на подходе, хозяин, погруженный в раздумья, сидит за столом, перед ним стоит чайник с высокой ручкой, на открытой веранде у печи хлопочет слуга. Менее связан шаблоном свиток Тан Иня «Дегустация чая в тени тунговых деревьев» («Тун инь пинь ча ту», 桐蔭品茶圖, 1509), на нем изображено чаепитие под открытым небом. В знойный летний день под деревьями расположилась небольшая компания. Облаченный в просторные одежды ученый муж с чашей в руках восседает на топчане, напротив него устроившийся на стуле монах сосредоточенно пробует чай. За ними с любопытством наблюдает стоящий у печки мальчик-слуга, другой мальчик набирает воду в ближайшем ручье.

Тан Инь. Приготовление чая. Эпоха Мин. Бумага, тушь, краски. 31,1 × 105,8. Музей Гугун, Пекин. Источник: dpm.org.cn

Тан Инь. Дегустация чая в тени тунговых деревьев. Фрагмент. 1509. Бумага, тушь, краски. 23,4 × 332,8. Чикагский институт искусств, Чикаго. Источник: artic.edu

С произведением Тан Иня сближается композиция на свитке другого мастера Умэньской школы, Цю Ина (? –1559), «Рассуждения о живописи среди сосен у источника» («Сун си лунь хуа ту», 松溪論畫圖)iДругое название свитка «Варка чая и рассуждения о живописи» («Чжу ча лунь хуа ту», 煮茶論畫圖). × , где изображено течение размеренной беседы ученых мужей, расположившихся на берегу реки под кронами деревьев. Неподалеку от них на низком каменном столике стоит чайник. Один слуга, склонившись, пытается зачерпнуть воду из реки, другой веером нагнетает воздух в печь. Цвета палитры свитка неяркие, приглушенные, сцена беседы пронизана чувством покоя и безмятежности. В творчестве Цю Ина имеется ряд живописных работ, посвященных чаю или содержащих сцены его приготовления и питья, не только на свитках или в альбомах, но и на веерах, как, например, «Варка чая» («Чжу ча ту», 煮茶圖) из собрания Шанхайского музея.

Цю Ин. Рассуждения о живописи среди сосен у источника. Эпоха Мин. Шелк, тушь, краски. 59,5 × 105. Музей провинции Цзилинь, Чанчунь. Источник: jlmuseum.net

Интерес к чайной теме проявило и следующее поколение живописцев Умэньской школы. Вэнь Цзя (1501–1583), сын Вэнь Чжэнмина, на свитке «Гора Хуэйшань» («Хуэйшань ту», 惠山圖, 1525) подобно отцу увековечил момент чаепития со своими друзьями у прославленного источника. Ученые мужи расположились под деревьями прямо на земле, пока слуги занимаются приготовлением чая. Аналогичная работа есть у другого представителя этого поколения — мастера Цянь Гу (1509–1578), она называется «Варка [чая] у источника на горе Хуэйшань» («Хуэйшань чжу цюань ту», 惠山煮泉圖, 1570). Цянь Гу выбирает формат вертикального свитка. Рядом с колодцем источника за чашкой чая о чем-то оживленно беседуют интеллектуалы, в то время как прислуга хлопочет у печки. Фигуры людей органично вписаны в окружающий пейзаж, их с трех сторон обступают высокие деревья: сосны, бамбук, платаны, кипарисы и цветущие каштаны.

Цянь Гу. Варка [чая] у источника на горе Хуэйшань. 1570. Бумага, тушь, краски. 66,6 × 33,1. Музей императорского дворца, Тайбэй. Источник: digitalarchive.npm.gov.tw

Чайная тема в живописи минской эпохи не исчерпывается работами сучжоуских мастеров. В наследии жившего и работавшего в Ханчжоу художника Лань Ина (1585–1664/1666) тоже имеется произведение, посвященное чаю. На вертикальном свитке «Заваривание чая» («Цзянь ча ту», 煎茶圖, 1645) он изображает живописное горное ущелье. Покрытые редкой зеленью отвесные склоны устремляются ввысь. Из туманной дымки проглядывают крыши затерявшегося среди горных вершин монастыря. На скалистом берегу реки расположилась компания ученых мужей, они увлеченно слушают своего товарища, пока слуга готовит чай. Надпись, сделанная рукой художника в верхнем левом углу свитка, сообщает историю его создания. Лань Ин пишет, что, путешествуя с друзьями, остановился переночевать в монастыре, где увидел работу известного юаньского живописца Ван Мэна (1308–1385), подвигнувшую его на создание собственного свитка. Источником вдохновения для художника на этот раз послужил не личный опыт, а встреча с произведением мастера прошлой эпохи.

Лань Ин. Заваривание чая. 1645. Шелк, тушь, краски. 185 × 64,5. Шанхайский музей, Шанхай. Источник: museum.sjtu.edu.cn

Среди других художников минской эпохи, обращавшихся к чайной теме, заслуживают упоминания имена мастера Умэньской школы Лу Чжи (1496–1576), а также живописцев Ли Шида (?–?), Ю Цю (?–?), Сунь Кэхуна (1533–1611), Чэн Цзясуя (1565–1643).

Итак, в живописи на чайную тему эпохи Мин наблюдается ряд изменений, часть из которых связана с тенденциями, характерными для изобразительного искусства того времени в целом. Начиная с сунской эпохи набирает силу направление вэньжэньхуа; ведущим жанром становится пейзаж, в свитках на чайную тему он сменяет доминировавший прежде жанр «изображения людей». Излюбленная профессиональными художниками техника «прилежной кисти» уходит в прошлое, всё чаще предпочтение отдается «лапидарной кисти» с присущими ей условностью художественного языка, обобщением, лаконичностью, использованием каллиграфических приемов письма; плотные, кроющие краски уступают место легкой подцветке или тонированию полупрозрачной тушью.

Другие, коснувшиеся живописи новации обусловлены трансформациями в чайной традиции минской эпохи. Мастера Умэньской школы живут и работают в известном чайном регионе и погружены в чайную культуру, поэтому в их творчестве находят отражение новые реалии и дух того времени. Созданные ими сцены чаепития на открытом воздухе или в уединенной чайной хижине являют собой умозрительные пейзажи или изображения реальных природных видов, усадеб и кабинетов, а основными действующими лицами становятся сами интеллектуалы, их друзья и знакомые. Художникам теперь важно не только показать место и пространство, природную среду, где происходит чайное действо, его участников и чайную утварь, но и передать атмосферу безмятежности и умиротворения, удовольствия от культурного общения за чашкой чая, единения с природой.

Свиток Чжао Юаня «Лу Юй за варкой чая» становится прообразом иконографической схемы чаепития в уединенной хижине, представляющей собой горный пейзаж с рекой, где чайная хижина располагается среди скал и деревьев. В последующих композициях хижина разделяется на два помещения. Через распахнутые окна и двери можно увидеть, что происходит внутри. Ученый муж пьет чай в одиночестве или в небольшой компании. Чайная утварь изображается скупо и обобщенно, это чайник и несколько чаш на столе. В то же время написанные лаконичной кистью чайники от свитка к свитку различаются конфигурацией, размерами и материалом. Приготовлением чая занят мальчик-слуга, который суетится у печки в соседней комнате. Его легко узнать по подчиненной, ссутулившейся фигурке. Изображения чаепития на лоне природы в работах художников, напротив, не связаны никакими шаблонами и отличаются большей свободой композиции.

Выводы

На основании проведенного анализа удалось проследить, как изменения в чайной практике преломлялись в изобразительном искусстве и определяли жанровые и сюжетно-композиционные особенности воплощения чайной темы в живописных произведениях трех эпох. Материалы и результаты данного исследования могут быть использованы для разработки программ и лекционных курсов по истории искусства и культуры Китая, в музейной и выставочной деятельности, при проведении атрибуции произведений традиционной китайской живописи.

Развитие живописи на чайную тему можно разделить на два основных периода: эпохи Тан–Сун и Мин. В эпохи Тан и Сун чаепитие представляет собой сложный ритуал, немаловажную роль в котором играет чайная утварь, что находит отражение в работах профессиональных художников того времени. Они выступают в качестве внимательных наблюдателей, в технике «прилежной кисти» очень подробно и скрупулезно воссоздают процесс приготовления и употребления чая и всё многообразие чайной посуды и других предметов, в то время как пространственная среда изображается ими довольно условно.

В эпоху Мин эстафета переходит к художникам-интеллектуалам, многие из которых увлечены чаем, в их творчестве воплощаются новые веяния чайной культуры этого периода. Наибольший вклад в развитие чайной темы принадлежит мастерам Умэньской школы, чья живопись представлена пейзажами, выполненными в технике «лапидарной кисти», отличающейся простотой, лаконичностью, выразительностью и большим обобщением. В центре внимания художников теперь уже все элементы чайного действа, в том числе место, пространство, в котором оно разворачивается, его атмосфера и настроение участников. В некоторых их работах повторяется иконографическая схема чаепития в уединенной хижине, которая, вероятно, восходит к свитку Чжао Юаня «Лу Юй за варкой чая».

Стоит отметить, что чайная тема в живописи на свитках не ограничивается достижениями Умэньской школы и получает продолжение в творчестве художников конца эпохи Мин – первой половины Цин (1644–1911), Дин Юньпэна (1547–1628), Чэнь Хуншоу (1598–1652) и мастеров из группы «Восемь Янчжоуских чудаков» («Янчжоу ба гуай», 揚州八怪)iГруппа художников XVIII века, живших и работавших в г. Янчжоу. × . Их живопись открывает новую страницу в истории изобразительного искусства и может стать материалом для новых исследований.