Произведения русских художников из собрания петроградского коллекционера Александра Коровина в Омском областном музее изобразительных искусств имени М.А. Врубеля

Основу собрания русской живописи Омского музея изобразительных искусств имени М.А. Врубеля составляют произведения, переданные в 1924–1928 годы из Государственного музейного фонда. Учрежденный в 1918 году, он собрал художественные ценности из национализированных советской властью музеев, частных собраний и коллекций. После учета, систематизации и изучения предметы распределялись по различным музеям страны. Среди известных петербургских коллекционеров, которым принадлежали до революции предметы искусства, следует назвать А.А. Коровина. Его жизнь и собирательская деятельность отражены в ряде публикаций В.В. Воинова, Е.В. Николаевой [1; 2; 3; 4; 5]. В них описаны некоторые эпизоды биографии и дана характеристика художественных интересов Коровина.

Коллекционер приобретал произведения тех мастеров, чье творчество еще не было широко известно и принято культурной общественностью, но умел распознать подлинный талант и предвидеть его признание. Обладая большими средствами и хорошим вкусом, Коровин сформировал великолепную коллекцию картин и рисунков русских художников рубежа веков. Этот эпизод нуждается в освещении, так как открывает малоизвестную страницу бытования произведений из собрания Омского музея изобразительных искусств имени М.А. Врубеля (далее — ООМИИ им. М.А. Врубеля).

В статье представлены результаты комплексного исследования музейной коллекции А.А. Коровина из пяти художественных произведений. Материалами послужили разнообразные источники: живописные произведения из собрания ОМИИ им. М.А. Врубеля, документы из музея и Государственного исторического архива Омской области, редкие дореволюционные издания, справочники и каталоги, а также статьи современных искусствоведов о коллекционере. В исследовании произведений коллекции применены историко-биографический метод, а также элементы иконографического и формально-стилистического анализов.

Александр Коровин — купец и коллекционер

Александр Александрович Коровин — потомственный петербургский купец, самый известный в столице торговец мануфактурой. У А.А. Коровина была лавка на Апраксином рынке по Садовой улице [3, с. 29]. В справочнике «Весь Петроград» за 1916 год он указан как потомственный почетный гражданин, директор правления «Товарищества А. и С. Коровиных»i Весь Петроград на 1917 год : адресная и справочная книга г. Петрограда. [СПб.]: издание т-ва А.С. Суворина – «Новое время», [1917]. С. 340. Электронная копия доступна на сайте Российской национальной библиотеки. URL: https://vivaldi.nlr.ru/bx000020038/view. × [2, с. 340].

Е.В. Николаева так характеризует коллекционера: «Купеческий род Коровиных известен в Петербурге с 1838 года, когда дед Александра, Федор Иванович, открыл на “Садовой улице по Александровской линии Апраксина рынка”iВ память трехсотлетия царствования дома Романовых, 1613–1913 гг. Юбилейный альбом поставщиков двора его императорского величества и великокняжеских дворов. СПб.: [б. и.], 1913. С. 5. × свою мануфактурную фирму, которая спустя некоторое время, благодаря высокому качеству товаров, приобрела широкую популярность. “Ковры, мебельные материи и прочие мануфактурные товары, находящиеся на складах фирмы, ввиду их высокого достоинства, вскоре получили возможность быть поставляемыми даже к Высочайшим Дворам. И действительно, в 1881 году Государь Император, снисходя к особенным заслугам и полезной деятельности Ф.И. Коровина, Всемилостивейше соизволил удостоить его Высокого звания Поставщика Двора Его Императорского Величества, каковое звание переходило впоследствии правопреемникам”i Там же. × . Большая любовь к искусству, обнаружившаяся в Александре еще в детстве, вызвала необходимость в занятиях живописью и рисованием, и после окончания Коммерческого училища он стал брать уроки, которые не только открыли ему новый взгляд на мир, но породили страсть к собирательству и положили начало собственной коллекции. <…> Будучи коммерсантом и владея фирмой, являющейся одним из крупных русских импортеров, он поддерживал тесные отношения с иностранными предпринимателями и, обладая безошибочностью взгляда, на протяжении всей жизни развивал художественный вкус и творческое воображение при отборе тканей для оформления интерьеров, что позволяло чутко улавливать конъюнктуру рынка, было залогом процветания его бизнеса, и, став успешным и востребованным, он переносит приобретенные знания на составление собственной коллекции» [4, с. 37, 38].

Из публикации В.В. Воинова известно о пути формирования коллекции: «Начиная приблизительно с 1904 года взгляды его на живопись начинают серьезно углубляться. Коровин начинает коллекционировать наиболее значительные произведения “Мира Искусства”, “Союза”, “Московского товарищества”, “Нового Общества” и др. В какие-нибудь 10 лет ему удается подобрать отличную галерею, в которой нашли себе место многие из лучших картин крупнейших современных художников. <...> Он интимно знакомился с художниками, вел с ними длинные беседы об искусстве, о самом “ремесле, — любил следить за процессом их работы и сам учился работать, под их руководством, с тем чтобы вплотную, так сказать, осознать их мастерство. <...> Коровин не хотел связывать себя рамками “эстетики” того или иного течения и в последнее время всё настойчивее обращал внимание на молодые всходы — на произведения молодежи, включая и их в свое собрание. Каждое новое свое приобретение он тщательно обдумывал, взвешивал — ему мало было дела до шума и толков, возникавших около того или иного художника, ему надо было полюбить его искусство, найти в нем то вечное и духовно ценное, что, единственно, в его глазах, давало подлинное значение картине. Так, вдумчиво и упорно вглядываясь, создавал А.А. Коровин свое замечательное собрание» [2, с. 55]. Е.В. Николаева дополняет характеристику коллекции: «Собрание включало не только произведения живописи, но и обширную коллекцию русского фарфора — преимущественно мелкую пластику, мебель из карельской березы в белой гостиной была выполнена по рисункам Льва Бакста, а интерьер говорил не только о материальном достатке и высоком положении хозяина, но и о вкусе столичного эстета» [3, с. 38].

Под влиянием друзей-художников коллекционер и сам пробовал свои силы в живописи. Еще на школьной скамье в нем обнаружилась большая любовь к искусству, выразившаяся в попытках самостоятельного творчества: по окончании коммерческого училища, 17-18-летним юношей, он брал уроки живописи и рисования [2, с. 55].

Исполненная Коровиным композиция «Интерьер» из собрания ООМИИ им. М.А. Врубеля изображает фрагмент его комнат с картинами и предметами прикладного искусства. На переднем плане знакомый по фотографиям и портретам коллекционера ампирный диван-софа с подлокотниками. Работ Александра Коровина сохранилось мало. Коллекция произведений новейшего русского искусства в доме Коровина составляла более 450 произведений живописи и графики, но собрание не сохранило целостности и в послереволюционные годы частично было рассредоточено по музеям страны [3, с. 37]. Основная часть его принадлежит Русскому музею.

Василий Денисов: за гранью реализма

Александр Коровин дружил с художником Василием Денисовым и был поклонником его таланта. Живописец, театральный художник, музыкант Василий Иванович Денисов (1862–1921) учился в Варшавском музыкальном институте. Профессиональный музыкант, выпускник Варшавского музыкального института, он впервые взял в руки кисть в сорокалетнем возрасте.

С 1895 года начал заниматься живописью, некоторое время работал в мастерской К. Коровина в Москве. Денисова заметил и оценил М. Врубель, познакомил его с В. Серовым. Характер его живописи близок «Голубой Розе», но в это объединение он не входил, хотя имел с его участниками тесные контакты. Денисов — автор пейзажей, декоративных панно и символико-фантастических композиций. Оформлял спектакли по пьесам М. Метерлинка, Г. Ибсена и др. В 1911–1921 годах участвовал в экспозициях «Московского Салона». Выставки его работ состоялись в Париже (1906), Москве (1912 и 1916) и Петрограде (1915). Произведения Денисова хранятся в Третьяковской галерее, Русском музее и частных собраниях. В провинциальных коллекциях его полотна — большая редкость. Отмечается, что «расцвет творчества художника приходится на 1900–1910-е и всецело связан с символизмом. Наибольший интерес в художественном наследии Денисова составляют фантастические и аллегорические композиции (“Ночь”, “Грех”, “На смерть Врубеля”), в которых он стремился к декоративной выразительности колорита, линии, фактуры, что сближает его творчество с произведениями многих голуборозовцев, в частности с ранними работами Н.П. Крымова, П.С. Уткина, П.В. Кузнецова»iДенисов Василий Иванович // artinvestment.ru [электронный ресурс]. URL: https://artinvestment.ru/auctions/2262/#bio (дата обращения: 05.05.2024). × .

Как известно, «многие работы Денисова связаны с театром: он делал символистские декорации для нескольких театров Петербурга. Кроме того, создал росписи в церкви Иваново-Вознесенска. Свои станковые картины Денисов показывал на выставках разных художественных объединений, однако ни в одно из них не вошел. Художник был одним из наиболее последовательных символистов в русской живописи. М.А. Врубель ценил и признавал художника»iВасилий Иванович Денисов // Arthive [электронный ресурс]. URL: https://artchive.ru/artists/1840~Vasilij_Ivanovich_Denisov (дата обращения: 05.05.2024). × . Как театральный художник Денисов в 1905 году сотрудничал с В.Э. Мейерхольдом в студии на Поварской улице в Москве, в 1907-м — с театром В.Ф. Комиссаржевской в Петербурге. Театральная декорация в творческой биографии Денисова, до конца жизни работавшего в самых разных театрах, представляет собой особую тему и требует специального исторического и, конечно же, критического исследования. Так, например, «известный критик Вс. Воинов, друг мастера, один из главных биографов и исследователей его творчества, прямо называет его величайшим декоратором современности» [6, с. 112].

Друживший с ним философ и журналист А.А. Боровой пишет в неопубликованных мемуарах: «Денисов мало походил на светских москвичей и “салоны” избегал. Он был дик и нелюдим. Коренастый, крепкий, заросший волосами, одетый старомодно-просто, неловкий, жесткий, угловатый, он имел в себе что-то черноземное, узловатое, напоминающее не то “лесовика”, не то Пана в изображении его друга Конёнкова. <…> По существу, он был самоучкой. Оркестровый музыкант, только в сорок лет он стал писать красками. Несколько уроков у К. Коровина, это — всё. Поэтому в рисунке его были неправильности, угловатости. Он не мог себя сдержать, погрешал нередко против вкуса…» [7].

В советское время известность художнику принесли эскизы плакатов и панно для съездов и заседаний в Большом театре [6, с. 110]. В 1920 году совместно с С.Т. Конёнковым и сыном, В.В. Денисовым, Василий Иванович оформил театрализованное представление «Самсон-победитель» в Первом Госцирке на Цветном бульваре в Москве [6, с. 110].

Лучшие картины Денисова находятся в музее имени Врубеля: «Саломея» и «Hатюрморт» (обе переданы в 1925 году из Русского музея, ранее хранились у А.А. Коровина). «Пейзаж с деревьями» поступил в 1927 году из Государственного музейного фонда. Произведения не включались в каталоги 1941 и 1950 годов и были указаны лишь в каталоге 1955 года [8, с. 25] и в последующих изданиях [9, с. 42; 10, с. 74].

В.И. Денисов. Саломея. 1908.
Холст, масло. 233 × 206. Омский областной музей изобразительных искусств имени М.А. Врубеля

В.И. Денисов. Саломея. 1908.
Холст, масло. 233 × 206. Фрагмент. Омский областной музей изобразительных искусств имени М.А. Врубеля

Произведение «Саломея», написанное на библейский сюжет, было чуждо советскому искусству. Да и имя автора — Василия Денисова — в списке художников так называемого первого ряда не значилось. Сначала картина находилась в кабинете директора омского музея Ф.В. Мелёхина, и затем почти девять десятилетий она хранилась в запасниках музея без подрамника, накатанная на вал.

Директор Западно-Сибирского краевого музея Ф.В. Мелёхин в своем кабинете. Около 1928 года. Фотография. Омский государственный историко-краеведческий музей

Полотно вернули к жизни омские специалисты под руководством заведующей мастерской реставрации живописи Омского музея изобразительных искусств имени М.А. Врубеля Н.Г. Минько. Фактурную живопись восстанавливали буквально по сантиметрам. Как выяснили реставраторы, Денисов не боялся экспериментировать. На тонкий холст вместо грунта он накладывал крахмал, замешанный на пигментах, а затем большой объем красок. Они проникли даже на оборот картины.

Саломея — иудейская царевна, племянница и падчерица правителя Галилеи Ирода Антипы. На праздновании его дня рождения, любовника своей матери, Саломея исполняет свой знаменитый танец семи покрывал, чем вызывает восторг Ирода, который обещает за это исполнить любое ее желание. По указанию матери Саломея требует голову Иоанна Крестителя, которую отсекают у пророка, томящегося в темнице, и приносят на блюде царевне. На полотне она торжествующе вознесла голову вверх. Последний раз картина показывалась на персональной выставке Денисова в 1915 году в Петрограде [11, с. 9]. Необычность и гротеск Саломеи эпатировали зрителей, а цветовое решение завораживало. В фантасмагорической композиции читается интерес к символизму и искусству М.А. Врубеля.

В «Натюрморте» Денисов обращается к образу зеркального отражения, широко распространенного в русской поэзии Серебряного века. Его символика глубока и разнообразна. Как волшебный предмет зеркало бесстрастно отражает мир здешний и указывает на возможность нездешнего видения. Чаще всего этот предмет быта встречается в текстах, связанных с традицией русского символизма. Денисов окружает овальное зеркало красными бумажными цветами, белыми и золотистыми драпировками. Они эффектно отражаются в зеркале, восхищают причудливой декоративностью и вносят в насыщенную цветом композицию элемент загадки.

В.И. Денисов. Натюрморт. 1910-е.
Холст, масло. 144 × 97. Омский областной музей изобразительных искусств имени М.А. Врубеля

По стопам французов

Знаток искусства, для своей коллекции Александр Коровин отбирал произведения, способные останавливать внимание новаторством художественного решения, покорять глубиной чувств. Он был активным посетителем выставок и в 1916 году на одной из них приобрел у В.М. Ходасевич «Портрет барышень» (1916) [12, с. 98]. Художница училась в студии Ф.И. Рерберга (1904–1908), в студии Эссика в Мюнхене (1910–1911), в мастерской Ван Донгена в Париже (1911–1912).

Личности персонажей были определены научным сотрудником музея А.Н. Гонтаренко при участии художницы В.М. Ходасевич в 1974 году. Маргарита Александровна, Лидия Александровна и Евгения Александровна Петровы — двоюродные сестры первого мужа художницы Андрея Романовича Дидерихса, погибли в блокаду Ленинграда. Андрей Романович Дидерихс (1884–1942) — живописец, график, оформитель и театральный художник. Портрет написан в Финляндии, в имении Дидерихсов, вблизи озера Селигер. В трактовке одухотворенных женских образов автор достигает парадной возвышенности. Моделировка формы, подсказанная кубистическими приемами, и сдержанное цветовое решение способствуют созданию значительности и монументальности портрета.

В.М. Ходасевич. Портрет сестер М.А., Л.А. и Е.А. Петровых. 1916.
Холст, масло. 165,4 × 142,2. Омский областной музей изобразительных искусств имени М.А. Врубеля

В традициях итальянского Возрождения и русского лубка

«Семейный портрет художника» экспонировался на выставках «Московский Салон» (1913) и «Художники Москвы — жертвам войны» (1915) и был куплен Александром Коровиным.

В.А. Яковлев. Семейный портрет художника. 1911–1913. Холст, масло. 71,5 × 142,5. Омский областной музей изобразительных искусств имени М.А. Врубеля

В 1910 г. Валентин Яковлев вместе с единомышленниками создает общество «Московский салон» [13, с. 75]. Художественная программа «Московского салона» убедительно выразилась в творчестве Яковлева. Источником сюжетов его картин служили античная и библейская мифологии. Это пример многофигурного семейного портрета, редко встречающегося в русской живописи. Художник сумел передать в картине не только индивидуальность, неповторимый характер, но еще и тонкие отношения, теплоту, дружественность чувств, характерные для воронежской семьи Яковлевых.

В.А. Яковлев в «Семейном портрете» следует классическим традициям [14].

Сложный портретный жанр, гладкая эмалевидная живопись с лессировками, яркие, чистые краски глубоких драгоценных тонов, отчетливость контуров вызывают в памяти полотна старых мастеров Западной Европы. При этом композиция одухотворена русской самобытностью, пронизана особой теплотой. Каждый из персонажей, кажется, погружен в светлые раздумья и ведет тихую неспешную беседу. Лица моделей далеки от академических образцов, и это объясняется обращением художника к стилистике городского художественного фольклора. Скромные цветы бегонии, воспевавшейся менестрелями как символ добродетели, колокольчики голубой глоксинии и листья фикуса вносят ощущение домашнего уюта в картину. Лица моделей далеки от академических образцов, и это объясняется интересом художника к стилистике городского художественного фольклора.

Прямо на нас смотрит Валентина Петровна Яковлева (урожд. Яхонтова), мать большой воронежской семьи. В 35 лет она стала вдовой и всю оставшуюся жизнь посвятила детям. Все девять изображены на портрете: дочери Мария, Анна, Александра, Валентина, Анастасия, Нина и сыновья: Александр — поэт, революционер, погиб в 1915 году под Верденом, Дмитрий — лучший танкист деникинской армии, и в верхнем левом углу — сам художник, с внимательным, чуть ироничным взглядом. Портрет написан в Воронеже в доме Яковлевых на Хлебной площади. В семейном архиве художника сохранились фотографии, помогавшие в работе портретиста.

В 1918 году с женой Марией Ивановной художник приехал в Омск, лечился кумысом на Алтае, писал этюды, портреты, картины на мифологические темы [15, с. 290, 291]. Как мы выяснили ранее, «при содействии C.A. Ковлера получил место заведующего отделом охраны памятников, а также помещение для студии. В новой должности проявить себя не успел в связи со смертью, последовавшей от тифа 7/20 декабря 1919» [16, с. 127]. Хранящаяся в Историческом архиве Омской области метрическая книга Войскового казачьего Никольского собора на 1919 год свидетельствует: «Гражданин Пензенской губернии Краснослободского уезда Валентин Александров Яковлев 32 лет умер 7 декабря от сыпного тифа и погребен 8 декабря на приходском (Казачьем) кладбище»iМетрическая книга Войскового казачьего Никольского собора на 1919 г. Часть третья об умерших. Ф. 16. Оп. 2. Д. 142. Л. 191об.–192. × (могила не сохранилась).

Вдова художника жила в доме Ковлера (Садовая улица, 17) и весной 1920 года благодаря его помощи уехала в Москву как командированная с поездом Наркомздрава. С собой она увезла 14 картин и 10 этюдов.iПисьма М.А. Масловой автору, написанные в течение 1986 г. Личный архив И.Г. Девятьяровой. ×

Александр Коровин и его коллекция в начале 1920-х годов

Судьба российских коллекционеров после революции 1917 года сложилась практически одинаково: их художественные ценности были национализированы. Та же участь постигла и Александра Коровина. Он стремился к созданию музея современного русского искусства, доступного для всех. «Эта мечта, — писал В. Воинов, — к 1914–1915 годам вылилась уже в конкретные формы. Коровин купил особняк на Васильевском, который он хотел перестроить сообразно с требованиями музейной техники. В дальнейшем он намеревался передать свой музей, после своей смерти, во владение государства, но разразившиеся вскоре события поставили точку на деятельности коллекционера. Болезнь вынудила его поехать лечиться на юг; в его отсутствие собрание поступило в Русский музей. По возвращении в Петербург Коровин, крайне стесненный материально, страдавший жестокой сердечной болезнью, — вел жизнь, полную лишений и борьбы за существование» [2, с. 55].

Выводы

Следует высоко оценить плодотворную деятельность коллекционера и покровителя искусств Александра Коровина. Об этом свидетельствуют публикации дореволюционных и современных искусствоведов. Планы Александра Коровина передать коллекцию государству осуществились, но в связи с революционными событиями болезненно для него, помимо его доброй воли.

В статье впервые рассмотрена коллекция живописных произведений, входивших ранее в состав коллекции А.А. Коровина. Историко-биографический, иконографический и формально-стилистический анализы убеждают в том, что созданные в начале ХХ века произведения В.И. Денисова, В.М. Ходасевич и В.А. Коровина имеют новаторские черты, занимают важное место в их наследии и обладают значительной художественной ценностью. Картины из собрания Александра Коровина, хранящиеся в Омском областном музее изобразительных искусств имени М.А. Врубеля, относятся к числу выдающихся полотен, неизменно включаются в состав выставок, в том числе и иногородних, а также в постоянную экспозицию.